Задумывалась поездка, как экспедиция в п. Оптимистическая, однако, по различным причинам, с львовянами состыковаться не удалось. Решили ехать в Озёрку, но на месяц позже. В связи с этим участники по одному стали отпадать, и к моменту выезда их осталось двое: Амиго и Шурик. Созвонились с Тернополем. Веталь обещал разведку с топосъёмкой и попросил привезти три пены. Выехали 21.02.01 поездом Харьков - Черновцы. В поезде, как обычно, шили комбез, прикручивали Шурику нового Petzl'я к каске. Соседка по купе долго пыталась выяснить, кто нас посылает в пещеры, кто выдаёт снаряжение, и сколько нам платят командировочных. Высадившись в Тернополе, встретились на вокзале с Веталем, который проводил нас в клуб, где мы и переночевали. В клубе мне очень понравилась огромная ч/б фотография (на просвет), которую вставили в квадратный плафон ламп дневного света. Чтобы рассмотреть фотографию, приходится встать прямо под ней и задрать голову к потолку. Изображен на фотке выход из ямы и человек на краю. Очень узнаваемый ракурс, а задранная голова зрителя усиливает впечатление. Вот бы и нам что-нибудь этакое повесить над лестницей.

23 января.

Утром все с рюкзаками встретились на вокзале. Выезд оказался не экспедицией, а учебно-тренировочным походом для нового набора. До Стрелковцев доехали быстро и без происшествий. Переоделись у бабцi, транспортники были только у нас и Веталя. Вся молодёжь была со "станками", а один просто с синтетическим мешком из-под сахара (без лямок естественно). К тому же, у одного не оказалось резиновых сапог, и бабця дала ему свои синтепоновые сапоги на липучке. Вышли на яму. От бабцi до ямы приблизительно с километр - два ходьбы. Спелеолог в амуниции посреди заснеженного колхозного поля выглядит как павлин на северном полюсе - ярко, нелепо и неприспособленно. Морозный ветер заставляет многих закрыть правое ухо ладонью, у некоторых нет перчаток. Сопли, сизые от мороза носы, красные уши, одного от холода просто трясёт. Когда Веталь отпер вход и разрешил лезть вслед за собой, толпа ломанулась в трубу на лестницу, наступая друг другу на руки. Серёга, как истинный шотландец, влез последним и прикрыл люк. В яме, сразу за входным залом, мы попали в болото - жирная, липкая глина, из которой ноги вынимаются с большим трудом. Бабцiны сапоги там и остались. Болотом был покрыт весь район "Украинской ночи". Остановились в новом лагере под названием "Кома" в 50 м. от "Украинской ночи", но выше по уровню. Там нас встретил какой-то пьяный мужик, предложил нам выпить и познакомиться. Это оказался Пиф, который напился по случаю выезда в яму с сыном Максимом. Выпив за сотрудничество, решили сходить на озеро им. Капитана Немо за водой и промаркировать тропу. По-моему это называется мастер - класс. Мы стоим на месте. Пиф идёт вперед до поворота, приляпывает к "стене" кусок болота, а на этот кусок лепит маркер (этикетку из-под вишнёвого ликёра). Иногда он спрашивает, хорошо ли нам видно. Затем он указывает Максиму, куда лепить маркер обратного хода. После этого мы все смещаемся: Пиф - до следующего поворота, мы - до того места, где стоял Пиф. Процедура повторяется. Каждый мой шаг - событие, болото не отпускает сапоги, а к тому же они мне великоваты, из-за чего носки сползают на середину ступни. Мне интересно, Серёга скучает. Так мы дошли до Немо. Отдышались, наполнили фанфуриков 20 воды (литров 30 - 35), загрузили всё в один убийственных размеров транспорт, который Серёга нагрузил на себя. Идём в лагерь. Болото, отпуская наши сапоги, смачно чпокает. Епифановы бурно обсуждают нюансы и недостатки проведенной маркировки, мне интересно, Серёге весело. Он прёт как настоящий шотландец. Поужинали с Чаклуном и легли спать. Завтра в забой.

24 января.

На следующий день после завтрака отправились на работу в район "Сотрудничество". Район оказался сухим, но все хода были настолько низкими, что передвигаться можно было только ползком либо на четвереньках. Дойдя до "борта", разделились на две рабочие группы по четыре человека. Мы с двумя молодыми взялись копать замытый ход, а Веталь с остальными пошел вдоль "борта" искать перспективные для работы места. Примерно через час махания лопатой самому худому из ребят удалось протиснуться под камнем, и он нам сообщил, что дальше ход расширяется. Прокопав еще немного, в щель протиснулись и трое остальных. Пройти удалось не далеко. Жопа. Через 20 метров ход заканчивался непроходимой трещиной. Вылезли обратно в галерею и стали ждать. Вскоре вернулся Веталь и сообщил, что они тоже отковырнули какой-то камень, но тоже жопа. Двинулись в лагерь на обед. Пол часа на брюхе, локтях, коленях и мы дома. Когда после обеда Веталь сказал, что идем снова на работу, молодежь взвыла: " Лучше дежурить по кухне, чем весь день ползать". Веталь ответил: "Не хотите ползать, будете месить болото". Выдал им карту и дал задание прорисовать на ней отмаркированную тропу до Немо. Мы с Веталем остались в лагере, куда вскоре вернулись из Дальнего района Пиф с Максимом, и мы прослушали краткий курс по геологии гипсовых пещер, рассказы о штурмах "Озерки" тридцатилетней давности и прочие спелеобайки. К ужину вернулась молодежь с правильно выполненным заданием. Правда, это им удалось только с третьего раза (они дважды возвращались к месту старта). После ужина, для тех, у кого были резиновые сапоги, Максим провел экскурсию в Зал грязи. Своего названия зал не оправдал - это был не зал, а озеро примерно 15 на 20 метров с чистейшей голубой водой и белым из-за мелких кристаллов сводом. В лагерь вернулись уже за полночь.

25 января.

На следующее утро дежурные совершили подвиг разведчика. Поднялись, как положено, в 7.30, взяли транспорт с баклажками, карбидку и пошли на Немо. По дороге карбидка потухла и загораться отказалась. Через полтора часа они вернулись в лагерь, освещая себе путь зажигалкой. Взяли коногонку и снова пошли на Немо. На этот раз воды набрать удалось, но на обратном пути они упали вместе с транспортником в болото, позавтракали мы уже после 11.00. После завтрака половина молодежи ушла наверх, чтобы успеть на автобус до Борщово в 13.30. Оставшиеся собирались выходить ночью, чтобы утром быть в Тернополе. Так как оставалась уйма времени, решили прогуляться в Октябрьский район. Осуществить этот план нам не удалось. На середине Переходного района один из ребят сказал, что дальше он идти не может и подождет нас тут на камешке. Чтобы не сильно разочаровывать остальных, Веталь нас все-таки довел до Ослиной лужайки. Мы перекурили и двинулись обратно через Переходной в лагерь, подобрав по дороге оставленного бойца. Сборы в лагере чередовались с традиционным чаепитием. Вышли на поверхность, как было запланировано, и к 2.00 были у бабцi. Переодеваясь, старались не шуметь, чтобы не разбудить хозяйку. Но она все-таки проснулась и, выйдя к нам, поведала, что ребята, вышедшие раньше нас, на автобус не успели (часы у неё не были переведены на зимнее время, и молодёжь, глядя на них, решила попить чайку). Наконец мы переоделись, попрощались и двинулись пешком в Борщов (расстояние в 12 км). В Борщовском спелеоклубе мы встретили первую половину нашего отряда. В Тернополь приехали в 8.00 в полном составе. Веталь пригласил нас к себе домой, так как оставалось время до поезда. Вита, жена Веталя, была гостеприимна - накормила, напоила, нагрела воды в кастрюльках для омовения и уложила нас спать. В 13.10 наш поезд тронулся в сторону славного города Харькова.

ВСЁ! ХОРОШО, НО МАЛО!

Дьяченко Сергей, Фёдоров Александр